Захарова. Вера Кирилловна

-2.33C ясно Олекминск
58.2242
Доллар
69.2635
Евро
8.8288
Юань

Захарова. Вера Кирилловна

Родилась Вера в 1920 году в с. Дельгей Олекминского района Якутской АССР.Отец Веры - уроженец Чурапчи Кирилл Захаров после окончания училища был направлен учителем в Олекминский район. Там он и встретил свою будущую супругу, родом из ямщицкой русской семьи. Молодые люди полюбили друг друга и поженились, а вскоре родилась Вера. В 1922 году Захаровы переехали в Чурапчу.

Вера с детства отличалась веселым, неугомонным характером. Любила учиться и делилась своими знаниями. После напряженного трудового дня взрослые собирались в одной из юрт, где при свете камелька маленькая учительница учила их читать и писать. Слушая звонкий детский голос, усталые люди улыбались девчушке, и каждому еще больше хотелось стать грамотным человеком.

Мать Веры лечила людей травами, учила гигиене, хотя и не имела сама медицинского образования. Сельчане были ей за это очень благодарны. Якутским языком она овладеть так и не смогла, поэтому к больным они с Верой ходили вместе: маленькая дочка была при ней переводчиком. Детство летело быстро.

Заболела небом

В 1934 году семья переезжает в Якутск. Здесь Вера впервые воочию увидела самолеты и в буквальном смысле заболела небом. Учась в 9 классе, в 1937 году, она поступает в аэроклуб. На Зеленом лугу она прыгала с парашютом, однажды чуть было не разбилась насмерть. Но это не помешало ее мечте стать летчицей. Всего она совершила 19 прыжков, получила звание парашютиста-инструктора. Когда курсанты, закончив штудировать теорию, перешли к практическим занятиям, “первой ласточкой”, которой доверили взмыть в лазурное небо была Вера. И этому была своя причина – инструктор Кузьмин таким образом подстегнул остальных курсантов: видя, как девчонка поднимает самолет в небо, сильный пол постыдится праздновать труса! Вот так Вера научилась пилотированию двукрылого самолета ПО-2. Чтобы успеть к полетам, Вере приходилось просыпаться спозаранку и около десяти километров идти пешком.

«Враг народа»

Когда началась война, Вера сразу же обратилась в военкомат, с просьбой отправить её на фронт. Ждать пришлось долго и возможно, причиной тому стал арест отца по доносу соседей в пораженческих настроениях и восхвалении царского режима. Восхваление царского режима усмотрели в его воспоминаниях об отмене мобилизации якутов в Первую мировую, а пораженческие настроения «вытекали» из слов о том, что не знающему русского языка солдату на передовой приходится хуже всех. Больной туберкулезом старик немедленно был объявлен врагом народа. То, что «враг народа» к этому времени проводил на фронт троих детей, не учитывалось. Отцу Веры не было суждено выйти на свободу – болезнь сделала свое дело, и он скончался в тюремном лазарете...

Но Вере, дочери "врага народа", удалось добиться, чтобы ее направили в учебный авиаполк на переподготовку, после чего она попала в 141-й отдельный санитарный авиаполк, действовавший в полосе наступления 1-го Белорусского фронта. 4 февраля 1941г Вера писала: «С первых дней войны стремлюсь на передовую…Я прошу одного: помочь мне осуществить свое последнее желание - непосредственно участвовать в защите отечества. Безразлично, кем: санитаркой, сандружинницей, медсестрой или бойцом. Если жизнь обернется с хорошей стороны, и если это возможно, пусть попаду в авиацию».

На вооружении полка были самолеты ПО-2, переоборудованные под транспортировку раненых. В одиночку и звеньями крылатые санитары летали между передовой и тыловыми госпиталями.

180 боевых вылетов

Вера быстро освоила тактику маневрирования, способы ухода от атак мессершмиттов. Спасая раненых, она по три – четыре раза в день вылетала на линию фронта. В медсанбаты самолет привозил кровь и медикаменты, доставлял на передовую боеприпасы и продукты. Летала Вера и на разведку вражеских позиций, доставляла почту, выполняла другие задания.

– Когда я в первый раз ведомой, полетела на боевое задание, – вспоминала Вера Кирилловна, – ласково светило солнце, на небе ни облачка. И вдруг слышу раскаты грома, это при чистом-то небе! Назад не оглядывалась, потому что было приказано следовать за ведущим. Мы ныряли вниз, ближе к складкам на местности, несколько раз садились на фронтовые аэродромы. К нашим самолетам подскакивали солдаты, накидывали на них маскировочные сетки, прятали. Когда вернулись домой, командир сказал: если бы ты обернулась, то все, пропала. Нас же мессеры гоняли! Оказывается, это был не гром, а разрывы снарядов.

До августа 1944-го Вера Захарова совершила более 180 вылетов, ее крылатый санитар спас жизнь около двухсот раненых. За успешное выполнение боевого задания при освобождении города Ковеля смелая летчица из далекой Якутии получила от командования первую фронтовую благодарность.

Плен

Утром 6 августа самолет Веры Захаровой в составе звена направился за тяжелоранеными из местечка Парусив в Польше. Один из самолетов пилотировал комполка подполковник Николай Петров. Прибыв на место назначения и погрузив на борт раненых, звено взяло курс на Брест, где размещался эвакуационный госпиталь 1-го Белорусского фронта. Летели по кратчайшему маршруту – вдоль линии фронта. Когда звено немного уклонилось вправо, вражеские зенитки подбили все три самолета. Командиру удалось посадить свой ПО-2 на нейтральной полосе. В это время пехота пошла в атаку и выручила его. Самолеты Веры Захаровой и Ивана Чеснокова сели недалеко от позиций противника. Чеснокову не повезло: его самолет оказался на территории, оккупированной частями СС. Местные жители рассказывали, что эсэсовцы сначала ранили отстреливавшегося летчика, потом зверски убили, подвергнув пыткам и вырезав полосы на его груди и спине.

Самолет Веры Захаровой сел на территории, занятой войсками вермахта. И оба раненых были целы, едва она открыла «люльки» (специальные приспособления под крыльями «кукурузника»), оттуда раздалась цветистая брань: «Баба! Так и знал, что баба! С мужиком давно бы до своих долетели, а вы, дуры, ничего по-человечески сделать не можете!»...

Она помогла им выбраться и только тут ощутила страшную боль в ноге – под коленной чашкой торчала ослепительно белая кость. Кое-как, обняв раненых и превозмогая боль, проковыляла, оттащив их от горящего самолета, в сторону леса, но вблизи уже слышался топот немецких ...

«Большевики вербуют азиаток»

Запыхавшиеся, багровые от быстрого бега немецкие солдаты окружили самолет. Сразу вцепились в Веру: сорвали пояс с пистолетом, рванули шлем. Он не поддавался. На долю секунды Вере показалось: оторвут заодно и голову. Но вот шлем сорван, и черные Верины волосы упали на лоб. «Фрау!»- от изумления фашисты замерли на долю секунды. Кто-то из них даже выругался по-русски. Произношение, конечно, не ахти, но понять было можно...

На носилках дотащили пленников до деревни, оставили в сарае. Вскоре появился мужчина с санитарной сумкой. Подошел к Вере, срезал брючину, и она услышала тихое: «Майн готт...» Но немного погодя «врачеватель» повеселел, заулыбался. Показал на пальцах: будешь ходить!

Потом пленных уложили в длиннющую повозку и куда-то повезли под охраной полицаев. Полицаи оказались очень разговорчивыми: жестами объясняли, что бояться их не надо, они простые люди, не эсэсовцы, а вот «СС» – это «капут».

«Путешествие» продолжилось в товарном вагоне. В углу, сгорбившись, сидел конвоир. Лица его Вера не запомнила: все вокруг плавало в каком-то тумане, единственное, что отчетливо врезалось в память: дверь товарняка с лязгом открывается, ее грубо выдергивают из вагона и начинают почти волоком таскать перед узниками с криками: «Поймали советскую летчицу, монголку. В Красной Армии не осталось мужчин. Большевики вербуют азиаток!». А позже Вера с удивлением узнала, что немцы ее еще и в ранг майора «возвели»...

Захарова из Якутска

В плену Захарова сумела выжить и не пасть духом. Находясь в концлагере, вместе с другими пленными она помогала выздоравливающим бежать. Собирали продукты, урывая из своих скудных лагерных пайков. Старались облегчить страдания раненых.

В январе 1945 года, сломив ожесточенное сопротивление гитлеровцев, войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов освободили Польшу. А 19 января танковая разведка Советской Армии появилась у ворот концлагеря.

По заключению врачебной комиссии Захарова подлежала демобилизации. Но как же могла отважная девушка вернуться домой, когда враг еще не разбит? Пройдя все проверки особистов, Захарова разыскала свой авиаполк, который к тому времени поменял номер и где ее считали погибшей.

Вера Захарова снова села за штурвал верного ПО-2. Она облетела почти всю Польшу и Восточную Германию. А после Победы на стене рейхстага написала: “Захарова из Якутска”.

Самолет имени Веры

За боевые заслуги отважная летчица была награждена орденом Отечественной войны II степени, медалями “За победу над Германией”, “20 лет победы над Германией”, “50 лет Вооруженных сил СССР”.

После войны Вера Захарова вышла замуж за фронтовика, у них родились сыновья. Работала в средней школе в Брянской области, а после смерти мужа вернулась на родину. Трудилась в Институте космофизики и аэрономии при Якутском филиале СО АН СССР. В 1976-м Вере Кирилловне предложили перейти в Советский комитет защиты мира и Фонд мира, где она успешно вела работу до 1983 года.

Старший сын Андрей живет в Томске, младший Сергей закончил ЯГУ, стал геологом. У Веры Кирилловны трое внуков и два правнука, которые живут в Якутске.

Имя Веры Захаровой носит самолет L-410 якутского филиала «Почта России». Ее имя предложил ветеран труда и тыла Николай Томский, тем самым отдав дань памяти легендарной якутской летчице.

В материале использованы архивные данные, а также информация с сайта narodru.ru и yakutskbychildren

Туяра Васильева